Поиск

Для меня, как и для любого человека, семья – самая большая ценность. Семья – продолжение рода, берущее начало в далёком прошлом. Знать о своей семье, её истории, семейных ценностях, традициях, культуре, реликвиях, каждому из нас необходимо. «Без корня и полынь не растёт», - как гласит народная мудрость. Я хочу вам рассказать о своих предках.

По дамбе в дальнюю сторону идёт старик, весь белый, бородатый и с палкой. Хорошо старикам, - думает Митька, - им работать не надо, сиди себе на печи и на баб ворчи. Или ещё лучше, сына поучай, или внучков. А ему и молочка, и хлебушка, и уважение, и никто не отругает, по шее не даст, за дровами или водой не пошлёт, сиди себе на печи, коль мороз или на завалинке, если вёдро и не дует, а то пошёл гулять, вон как тот белый старик, иди себе и клюшку свою переставляй, а тебе все встречные да поперечны

И тогда, молодая советская власть придумала работать с женщинами, которые не имели грамоты, но имели влияние на мужей. И этим делом – пропагандой колхозной жизни занялись женорги, которые вместо райкомовских агитаторов ходили по деревням и сёлам и пытались просветить женщин.

Хоккей - это контактный командный вид спорта, играемый на льду, обычно на крытом или открытом катке, в котором две команды конькобежцев используют свои клюшки, чтобы забросить вулканизированную резиновую шайбу в сетку соперника и забить гол.

Тяжёлый 7450 год от Сотворения Мира, или 1942 год по новому стилю. Осень. Сентябрь яркий и тёплый, но сегодняшний день слегка нахмурился и прыснул неназойливым и тёплым дождём. И даже не дождём, а какой-то неимоверно мелкой влажной пылью, будто где-то там, на море-океане, за тысячу вёрст, о скалистый берег ударила волна, а сюда, в Сибирь, долетела влажная пыль, принесённая порывистым ветром.

Не зря древние называли февраль — лютень. Нынче земля простыла до глубин могильных, снегов навалило — не пройти, а тут ещё то метель, то пурга. Ветродуй беспощадный, будто лютый зверь, кусал руки, ноги, прошивал фуфайку насквозь, а стены домов становились влажными, и окна превращались в толстый ледяной узор, который рос каждый день, стекал от вечерней печной топки на подоконник, а утром твердел новым узором и толстой наледью, свисающей с подоконника. Одно слово — лютень.

Шёл июнь 1750 года от Рождества Христова, или червень 7258 лета от Сотворения Мира, когда восточные народы жёлтых рас заключили с могучими ариями мирный договор, и белые люди построили Великую стену, дабы провести вечную линию мира.

Я увидел отряд хана Али, когда он миновал Ояшинское урочище, он не стал останавливаться на отдых, а только принял подарки своих подданных и продолжил путь на север. Я уже знал, где остановится на отдых хан Али, и решил непременно встретиться с ним.

Со спокойствием и сладостной печалью я захожу в величественный Бор над речкой Болотной, сажусь под реликтовой сосной, задираю голову, чтобы увидеть самую душу этого чудо-дерева, а потом погружаюсь в сон памяти – дивный и счастливый. Я вспоминаю прошлые, прожитые мною века.

Существуют две истины, которые все знают, которые никто не оспаривает, но которыми люди почему-то пренебрегают. Первая: История повторяется. Вторая: История никого и ничему не учит.