НАРОДНАЯ ЛЕТОПИСЬ
Новосибирская область
Портал «Народная летопись Новосибирской области» –
краеведческий ресурс, где читатель может
не только узнать историю своего родного города, села,
поселка, деревни, а также Новосибирской области,
но и сам стать творцом истории своего края.


Бронепоезд с именем гордым – «Сибиряк-барабинец»

В 1941–1945 гг. в боевых действиях активно участвовали более 200 бронепоездов Красной Армии. Советские бронепоезда на деле доказали свою боевую эффективность, особенно в первый период Великой Отечественной войны, когда их строительство приняло по-настоящему массовый характер и по количеству, и по качеству.

В один ноябрьских дней в адрес руководства Барабинского паровозного депо пришла телеграмма Государственного комитета обороны. В ней ставилась задача: одеть в броню паровоз; оборудовать четыре платформы для установки пушек и пулеметов; одну платформу для зенитного орудия; две – для перевозки верхнего строения пути (шпал, рельсов, накладок и прочего); укомплектовать две бригады в два лица с правом управления паровозом; подобрать четырех машинистов.

Телеграмму заключали слова: «Чертежи и дальнейшие указания получите».

Начальником строительства бронепоезда был назначен Константин Николаевич Голиков – начальник депо, инженером - Константин Николаевич Веревкин, мастером – Константин Петрович Мецнер. Основные подразделения строителей укомплектовывались рабочими инструментального, хозяйственного, котельного, газоэлектросварочного и подъемного цехов, а также вагоноремонтного пункта, дистанции сигнализации и связи. Образовались основные бригады слесарей-инструментальщиков, которые возглавили А.М. Бирюков и А.М. Немочен.
 
22 ноября 1941 года они получили чертежи поворотных механизмов на свой объект-установку. Для бронирования выделили паровоз серии Ов №5744, платформы использовали из резерва Министерства путей сообщения.

Строительство бронепоезда началось 23 ноября 1941 года. Ремонт и наладка котельного оборудования выполнялись под руководством мастера котельного цеха Степана Николаевича Регулова, замена тормозов на более мощные системы «тандем» осуществлена А.А. Бабенковым и И.Д. Митрохиным.

Был утвержден твердый график производства работ. Расчеты показали непригодность имеющихся осей и у локомотива, и у платформы. Нагрузка на ось у паровоза серии Ов была до 13 тонн, а следовало довести до 19 тонн.

Произведена полная модернизация экипажной части маломощного паровоза с учетом возрастания нагрузки после того, как одета броня. Для ее крепления следовало установить каркас, закрывающий весь паровоз, а затем с помощью болтов и заклепок прикрепить бронированные щиты.

Для усиления осей колесных пар 20-тонных платформ и других деталей ходовой части модернизации были подвергнуты и платформы, предназначенные под бронеплощадки. Казалось, что в условиях неспециализированного предприятия не удается сделать из обычного подвижного состава грозную боевую крепость на колесах, способную поражать врага на земле и воздухе.

Работать приходилось по 12 часов и более. Многие детали делались кустарным способом, без необходимых заготовок и расчетов. Помогали самоотверженность, рационализаторская смекалка передовых рабочих. Слесарь Федор Федорович Чубаров изобрел специальное приспособление для обточки шаров, диаметр каждого составлял 52 мм.

После изготовления шаров для радиально-упорных подшипников требовалось их закалить и обкатать. Фрезеровку зубьев червячных шестерен и звездочек поручили И.Е. Шудину, он был удостоен почетного звания «Гвардеец тыла» и ордена Красной Звезды.

Все детали отправлялись для последующей обработки, сборки и монтажа бригаде слесарей-инструментальщиков, в которую входили: А.М. Бирюков (бригадир), И.К. Ивохин, В.С. Акимкин.

Слесари-инструментальщики работали в две смены, не покидая своего места в течение 16–18 часов, а зачастую и ночевали в цехах. Тяжелый изнурительный труд изматывал людей. Нелегким делом была установка 76-миллиметровых пушек, которые сверху закрывались башнями наподобие танковых.

Бригада инструментальщиков занялась подготовкой крупнокалиберных пулеметов, изготовлением снарядных шкафов-стеллажей, разметкой листов брони. Для ускорения работ были направлены И.И. Драгомиров, В. Боровков, Д.Т. Степанов, И.И. Баянов, М. Рогулев.
Приходилось просверливать много отверстий под болты и заклепки. Эту работу выполняли Д. Жарков и Ф. Печев. Сверла быстро тупились и изнашивались, так как броня была твердой. Для заточки сверл был поставлен опытный рабочий Ф.Ф. Чубаров.

Навешивала броню на паровоз специально организованная бригада под руководством Н.Т. Бойкова. В нее вошли И.А. Лаврутич, А.И. Лебедев, В. Липовка и другие мужчины, отличающиеся недюжинной физической силой. Правильных прессов и специальных приспособлений для придания броневым листам нужной формы не было. Правку выполняли кувалдой, которая весила 20 кг. Ее в шутку называли «Марусей».

Во время монтажных работ, особенно когда включалась пневматика и колотили кувалды, стоял невообразимый шум и треск. Человеческого голоса не было слышно. Те, пытался управлять сборкой с помощью голоса, быстро срывали его. Здесь помогал пронзительный свист А.М. Бирюкова. Мастер К.П. Мецнер в течение дня не раз обращался к Бирюкову: «Алеша, свистни!». Котельщики под руководством С.Н. Рогулева настилали и крепили стальные листы на площадках, а после установки каркасов и орудий навешивали и крепили броню.

Вид бронепоезда постепенно преображался. На паровозе установили командирскую рубку, и весь он обрел обтекаемую форму. На тендере расположили крупнокалиберный пулемет для стрельбы по воздушным целям.

Платформы стали напоминать танки на железнодорожном ходу. Каждая бронеплощадка имела орудие и четыре пулеметных гнезда. Две платформы укомплектовали рельсами, шпалами, крестовинами, стрелочными переводами и путейским инструментом, это все было необходимо для восстановления разрушенных участков пути. На заключительном этапе строительства бронепоезда предстояло смонтировать отопление, освещение, телефонную и акустическую связь.

Сборкой отопительного оборудования занималась бригада А. Немочена.
Массовый трудовой героизм железнодорожников, стремление внести личный вклад в осуществление призыва «Все для фронта, все для победы над врагом!» позволили раньше намеченного срока, к 24-й годовщине Красной Армии, т. е. к 23 февраля 1942 года, закончить работы полностью.

Боевую машину приняли, командир 47-го отдельного дивизиона бронепоездов майор  Ф.З. Пухов, комиссар дивизиона К. Рощин, командир бронепоезда А. Цимбаревич, комиссар А.Ф. Трусов.
Решено было назвать бронепоезд «Сибиряк-барабинец».

Этим подчеркивалась большая заслуга всех железнодорожников узла, независимо от профессиональной принадлежности и степени участия в создании бронированного поезда, которому предстояло разить ненавистного врага. Ему присваивался №639.

Командирами бронеплощадок  были назначены: М.П. Широков, И.С. Ремизов, Б.П. Мощинский, А. Довженко. Добровольцами пошли на бронепоезд барабинцы: дорожный мастер С.Д. Устьянцев, ставший командиром пулеметно-восстановительной команды, работник отделения Л.Д. Кизилов (командир пулеметного отделения), инженер отдела эксплуатации отделения И.Т. Копылов был назначен заместителем командира дивизиона по технической части, паровозным техником – А.В. Широков, командиром бронеплощадки – Ф.В. Осокин.

В партийный комитет паровозного депо все шли и шли локомотивщики с просьбой направить их машинистами на бронепоезд. Выбирать было из кого!
Начальство остановило выбор на Василии Феофановиче Литвинове – старшем приемщике народного комиссариата путей,  Петре Константиновиче Мялицине – машинисте-инструкторе, Андрее Ивановиче Воложанине и Николае Семеновиче Чернове – машинисте паровоза.

Предстояло решить немаловажный вопрос. Как обеспечить высокую боевую готовность бронепоезда, маневренность при условии минимального количества людей, обслуживающих поезд и боевую технику? Выход был один – обучить смежным специальностям весь персонал. Орудийные расчеты, пулеметчики, разведчики должны были владеть путейскими профессиями, они же входили и в ремонтно-восстановительную бригаду. То же и с боевой техникой. Каждый должен знать и исполнять обязанности артиллериста, пулеметчика, связиста.

После того, как были укомплектованы боевые расчеты,  следовало произвести обкатку поезда, пристрелку орудий и пулеметов. Испытания проходили на Каинской ветке. Созданная крепость на колесах, могла поражать живую силу, авиацию, танки, артиллерийские батареи, разрушать укрепления.

В Барабинске  были  созданы три паровозные бригады: машинист В.Т. Батищев, кочегар С.Г. Плесовских. Третья – машинист Н.С. Чернов, помощник машиниста И.П. Голиков, кочегар Н.И. Путилов. Старшим машинистом был назначен П.К. Мялицын.

В марте бронепоезд был готов к участию в боевых операциях Красной Армии. Настал день отправки. На митинг собрался почти весь город.
С речью выступил первый секретарь райкома партии И.И. Кузьмин. Напутствуя отбывающих на фронт, он от имени всех барабинцев дал наказ беспощадно бить ненавистных захватчиков.  Сделать все для того, чтобы отстоять свободу и независимость родной земли.
Для бронепоезда и его экипажа начиналась новая жизнь. Издав длинный прощальный гудок, поезд взял курс на запад, туда, где шли бои, проливали кровь в жестокой схватке с гитлеровцами защитники Отечества.

К весне 1942 года угроза Москве была устранена. Советские войска, перейдя в  контрнаступление, с тяжелыми боями продвигались на запад. Однако оставалась опасность воздушных налетов.

Для защиты важных объектов от бомбардировки в столицу прибыли  бронепоезда «Сибиряк-барабинец» и «Омский железнодорожник», имевшие на своем вооружении полуавтоматические 45-миллиметровые орудия.

Местом дисклокации 47-го бронедивизиона было паровозное депо имени Ильича. Уже первые залпы показали невозможность эффективно использовать орудия по близко летящим самолетам из-за малого угла подъема стволов. Принимается решение о замене орудий на отечественные полуавтоматические морские с углом подъема 35 градусов и дальностью стрельбы до 25 километров, вместо 12 ранее установленных. Это усиливало боевую мощь бронепоезда, позволяло вести огонь по самолетам врага, доставать наземные цели, находящиеся на значительном расстоянии.

Для того чтобы во время движения машинист мог, не открывая бокового люка будки, вести наблюдение за профилем пути и подаваемыми сигналами, на паровозе был установлен перископ.

К июню 1942 года отпала необходимость держать дивизион бронепоездов на обороне Москвы, так как фронт передвинулся еще дальше на запад.
А гитлеровское командование, не осуществив план «молниеносной войны», готовило наступление на Волгу, у Сталинграда, и на Кавказе.

«Сибиряк-барабинец» был направлен на Карельский фронт, на Кировскую железную дорогу, к станции Сегежа. Перед ними ставилась задача – нести охрану железнодорожных узлов до головной станции Быстряги, которая располагалась вблизи передовой, а также находящегося рядом аэродрома и промышленных предприятий.

Бронепоезд отражал налеты немецкой авиации на жизненно важные объекты, а также на станцию, где шла разгрузка военной техники, боеприпасов, снаряжения для действующей армии. Крепость на колесах взаимодействовала с подразделениями 32-й армии, в частности 176-й дивизии, к которой был приписан 47-й отдельный дивизион бронепоездов.

После разведки и выявления мест сосредоточения противника следовали внезапные налеты бронепоездов и огонь «катюш».
Леса, озера, болота, холмы, характерные для Карелии, не позволяли использовать танки. Поэтому бронепоезда представляли для врага серьезную опасность. Приходилось маскироваться. Чтобы не было видно искр, вырывающихся из паровозной трубы и тянущихся шлейфом при движении, ночью топки заправляли углем, а днем в качестве топлива шли дрова, от которых дыма было значительно меньше.

В зимнее время бронепоезд был камуфлирован под снег, а летом под платформы с тесом или же прикрывался ветками елей и сосен. Для их расположения только на паровозе было приварено более трехсот скоб. Эти простые меры и хорошая маневрованность, высокая боеспособность экипажей,  и пулеметных расчетов делали бронепоезд неуязвимым. За все время в него не было ни единого прямого попадания. Вражеские самолеты часто его бомбили, но стоило открыть огонь со всех стволов, как они, сбросив, куда попало свой смертоносный груз, уходили восвояси, не причинив вреда.

Однако не обходилось и без критических ситуаций. Однажды нескольким самолетам противника удалось обнаружить бронепоезд на станции Сегежа.
Они предприняли усиленную бомбежку. Осколком разорвавшейся бомбы перебило воздушный рукав между паровозом и второй бронеплощадкой. Бронепоезд остался без тормозов, потерял маневренность.

Рискуя жизнью, машинист А.И. Воложанин, помощник машиниста В. Батищев и кочегар С.Г. Плесовских под бомбежкой устранили неисправность. Артиллеристы и пулеметчики в это время усиленным огнем старались отбить фашистских стервятников, лишить их возможности вести прицельное бомбометание.

В один из летних дней 1944 года бронепоезд «Сибиряк-барабинец» вел артиллерийскую стрельбу по живой силе и техническим средствам врага во взаимодействии с «катюшами» в районе бывшей станции Массельская. Обстрел подходил к концу. Гвардейские минометы быстро покинули огневую позицию, а бригада бронепоезда решила «освежить» огонь в топке путем незначительной прокачки колосников. Во время покачивания колосники заклинило с левой стороны паровозной топки в положении «на ребро», и не становились в горизонтальное положение.

Для выяснения причины и исправления пришлось старшему машинисту П.К. Мялицыну облиться водой, вооружиться кувалдой и влезть в топку, где с правой стороны на половину ширины колосниковой решетки бушевал огонь.
Оказалось,  всему виной был кусок породы, который попал между первым колосником и решеткой, не давая возможность стать колосникам в нормальное положение, выбив кувалдой породу, Мялицын с обожженными бровями и ресницами, в дымящейся одежде вылез в кабину.

Бригада, быстро разровняв горящий уголь, подняла пар и уже под обстрелом вражеской артиллерии, которая за это время успела установить место пребывания огневой точки, вывела бронепоезд в безопасное место. А снаряды еще долго вздымали землю там, где он находился.

В ходе боевых будней частично заменялся командный и рядовой состав бронепоезда. В 1943 году командиром 47-го отдельного бронедивизиона стал подполковник Я.Г. Манчур. Командир бронепоезда «Сибиряк-барабинец» А. Цимбаревич был отправлен в другую часть. На его место назначен лейтенант М. Мощинский, бронеплощадкой. Командиром бронеплощадки стал лейтенант В. Андреев, В. Ф. Литвинов переведен старшим машинистом на второй бронепоезд дивизиона – «Омский железнодорожник». Вместо него на поезд «Сибиряк-барабинец» прибыл машинист А. Хромов. Из кочегаров был обучен и работал помощником машиниста сержант Н.И. Путилов, Н.С. Чернов в 1944 году возглавил коллектив небронированного паровоза, который обеспечивал доставку боеприпасов и продуктов питания, передислокацию базы дивизиона.

Наступил апрель 1945 года. Шли последние дни кровопролитные войны.
Командованием Карельского фронта было решено составом одного стрелкового полка на одном из участков, провести разведку боем.

Ставилась цель – выявить наличие силы и техники врага, его огневую мощь, расположение укрепленных районов и моральный дух немецких солдат.
Нужно было также захватить как можно больше осведомленных в оперативных планах неприятельских офицеров. К проведению операции были подключены 47-й бронедивизион и дивизион «катюш».

Как только она началась, противник принял ее за наше генеральное наступление и в первый же  день боевых действий в беспорядке стал отступать. Но не везде. Там, где удавалось прикрываться водными рубежами и укреплениями, враги оказывали яростное сопротивление. Оценивая создавшееся положение, командование Карельским фронтом, возглавляемое Маршалом Советского Союза К.А. Мерецковым, приняло решение о всеобщем наступлении, в результате которого немецкие войска капитулировали. Лишь незначительная часть была рассеяна. Уничтожением этих групп приходилось заниматься бронепоезду.

Враг при  отступлении минировал и взрывал стрелочные крестовины и переводы. Только на станции Массельская наши саперы изъяли более трехсот установленных мин тяжелого типа.

Нелегко приходилось ремонтным бригадам с винтовкой и противогазом за спиной восстанавливать железнодорожные пути, чтобы обеспечить дальнейшее преследование неприятеля, уничтожение его мощью бронированных поездов. Нередко весь их личный состав превращался в ремонтников. В считанные часы поправлялась насыпь, укладывались шпалы и рельсы. Умелым организатором при этом зарекомендовал себя барабинец, дорожный мастер С.Д. Устьянцев.

Свой последний залп бронепоезд «Сибиряк-барабинец» сделал на станции Сортавала, что у северного побережья Ладожского озера. Но он был произведен не по врагу, а в связи с безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии. Эта весть вызвала ликование, да и как было не радоваться, ведь фашизм был разбит и это посильный вклад внесли экипажи бронепоезда,  его орудийные и пулеметные расчеты, все, кто обеспечивал выполнение боевых операций.

П.К. Мялицыну посчастливилось быть участником парада Победы на Красной площади в июне 1945 года. Петр Константинович вспоминал: «В середине 1945 года меня вызвали к командиру дивизиона подполковнику Манчуру, который приказал в течение двух часов получить документы, сдать лишнее обмундирование и быть готовым к отъезду. На мой вопрос куда ехать? – ответил,  что прибыть надо в распоряжение штаба Карельского фронта, который находился в городе Беломорске. По прибытию туда переодели во все новое обмундирование. Через 5 дней мы отбыли в Москву.

Прибыли на станцию Лихоборы Московской железной дороги. На следующий день к нам приехал Маршал Советского Союза К.А. Мерецков.
На стадионе Подмосковья проходили занятия по строевой подготовке. Занимались по 8 часов в день. За день до парада маршал К.А. Мерецков вручил каждому медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945гг.».

Мы получили парадную форму, защитного цвета кителя, синие диагоналевые брюки, новые сапоги, фуражки.

В день парада 24 июня 1945 года нас построили на площади Революции.
За 25 минут до начала парада войска были выведены на Красную площадь, и каждый полк находился на заранее обусловленном месте. Нам было приказано  находиться около Исторического музея. На трибуну  Мавзолея В.И. Ленина поднялись члены Советского правительства во главе с И.В. Сталиным. Начался объезд полков и соединений Маршалом Советского Союза Г.К. Жуковым.

После этого раздалась команда: «Бросить знамена поверженных частей гитлеровской Германии к подножию Мавзолея».

После этого маршал  Г.К. Жуков подал команду: «К парадному маршу Карельский фронт прямо, остальные направо! Шагом марш!».

Грянул оркестр, и мы прошли в строгом строю перед трибуной мавзолея.
С Красной площади мы направились на Садовое кольцо. Нас встретили тысячи москвичей с букетами цветов. Люди плакали, дарили цветы, обнимались».

Верно, говорят люди:  «Народ,  родивший таких героев, победить невозможно».

Большой вклад внесли труженики железнодорожного транспорта, воины железнодорожных войск. Десятки тысяч тружеников Томской и Омской магистралей сменили железнодорожные кители на армейские гимнастерки.
Маршал Советского Союза  В.И. Чуйков писал: «Героические усилия прилагали наши железнодорожники, чтобы наладить бесперебойное снабжение фронта. Когда мне приходилось встречать человека в железнодорожной форме, я смотрел на него как бойца с передовой».

Третьяков Дмитрий Сергеевич,
МЛ-31
Руководитель: Стрельцова Т.А., методист,
«Барабинский филиал Новосибирского колледжа транспортных технологий имени Н.А. Лунина»
Барабинск,  2015 год


Дата публикации: 07 Декабря 2017

Отправитель: Татьяна Стрельцова

Вам нравится? 2 Да / 0 Нет


Изображения

Файлы


Бронепоезд с именем гордым – «Сибиряк-барабинец»

  • Комментарии
Загрузка комментариев...