НАРОДНАЯ ЛЕТОПИСЬ
Новосибирская область
Портал «Народная летопись Новосибирской области» –
краеведческий ресурс, где читатель может
не только узнать историю своего родного города, села,
поселка, деревни, а также Новосибирской области,
но и сам стать творцом истории своего края.


Дети войны из Татарского района

Я считаю, что несмотря на тяжелые условия, в которых жили дети: голод, холод, им приходилось вставать чуть свет, идти помогать своим мамам, сестрам, бабушкам, дедушкам, они, дети, понимали, что без их помощи в тылу просто не обойтись. Сегодня спрашиваю ребят: «А смогли бы вы так?» Они многие ответили, что нет, так как сейчас другое время, что у них нет такой силы воли. Я просто удивляюсь, откуда у женщин брались силы работать в голод и холод, ухаживать за своими детьми, отправлять письма и посылки на фронт.

Ветераны того времени единодушно отмечают небывалый трудовой энтузиазм, безотказность, высокую ответственность людей за порученное дело. В нашем селе уже не осталось ветеранов, которые воевали на фронтах, но остались люди, которые трудились в тылу, и самым младшим было по 9- 10 лет. В ходе бесед я выяснила, что в возрасте 10 – 15 лет были основные труженики того времени. О некоторые из них расскажем.

Никитенко Надежда Емельяновна вспоминает: «Пахали на быках, боронили на коровах. Ходили полубосые, собирали колоски. Когда появлялись лошади, боронили на них. Старше стала - работала на прицепе. Во время войны косили, убирали хлеб, растили и пасли телят».

Она вспоминает о том, что жили очень плохо, не было хлеба, еда была в основном из травы, все время голодали. На работе все уставали, потому что нужно было ухаживать за скотом, косить сено, возить дрова, воду. Все это делали дети и женщины.

Гоц Евдокия Никитична вспоминает: «Старшая сестра ушла на фронт, а мне только исполнилось 11 лет. Пошла работать в колхоз за палочки (трудодни). Боронила, пахала землю на лошадях, возила дрова, косила сено. Тяжело приходилось, но я не сдавалась и наравне со взрослыми тащила на хрупких плечах груз колхозной жизни. Самой приходилось выгонять стадо в поле. За весь день случалось ни крошки хлеба во рту. По полю – босиком, потому что нечего было обуть. Ноги мёрзли, грела их в коровьем навозе. Зимой в лютый мороз возила сено на быках. Поила маленьких телят. Их у меня было 70 и каждому надо было принести ведро с молоком. За день таким образом разливала 630 литров молока».

«Я начала работать с 12 лет и работала от темна и до темна», - начала свой неспешный рассказ вперемешку со слезами Надежда Дмитриевна Рыбникова. А у меня перед глазами как будто фильм промелькнул, насколько живо представляло воображение, всё услышанное. «Всё помню до мелочей… Помню, как отец постелил кошму, лёг вместе с нами и сказал: «Это моя последняя ночь с вами, детки, может, приду, а может, и нет».

Писал письма. Наказывал матери беречь детей. «Трудно жилось, семья большая была, бедствовали, но никогда не просили милостыню. Нам мать говорила «лучше сами по маленькому трудитесь». И мы, как могли, трудились. Где огород вскопаем, где сепаратор покрутим, где на базаре постоим. Мать у нас строгая была. Раным-рано в лес идёт и нас за собой тащит. Грибы, ягоды продавали. Продала - купила 1 стакан пшена. Его делили на 3 раза, одна часть на ведро воды, картошечки туда кинем. Вот и суп. Пока мать на работе, мы напечём картошки прямо на печке. Мать придёт - поедим. Кисель варили из мороженой картошки на обрате. Жёлтую серединку выбирали, толкли, крахмал, как осядет, варили кисель. Вкусно!

Пекли картопряники - выкатать в муке натёртую картошку, на лист её и в печку! Вкусно! Соль была огромными кусками. Набьём соли и тогда солим. Однажды наварили отростков от картофеля и позвали соседских ребятишек кушать, но они отказались, так как можно было отравиться. Хлеб получали брат или сестра 500 грамм на сутки. Обязательно разделим, а потом едим. Никогда такого не было, чтобы кто-то один съел больше или один поел, а другой нет. Даже если дадут какой-то довесок, всё принесут домой и разделят. Мать говорила: «Что у тебя душа, а у него балабайка!»

Абраменко Людмила Николаевна: «В войну детям приходилось работать наравне со взрослыми. Дети сами собой приучались к работе. Копали огороды, помогали садить овощи, полоть, окучивать, поливать. Природа не всегда радовала людей. То урожай сгубит засуха, то в огороде всё сгноит дождь. Голод – это страшно. Хлеб давали по карточкам. Ели лебеду, крапиву, грызли жмых, ели лепёшки из замороженной картошки. У нас в селе были огромные картофельные поля. Только сходил снег с полей, мы, дети, дружной ватагой выходили на поля собирать эту картошку. Радовались, когда находили сумочку этой гнилой картошки. Дома мыли, мяли и пекли лепёшки, варили кашу. Какими эти лепёшки казались нам вкусными, наверное, вкуснее куска торта любого. Мы, дети, были очень дружны. Я не помню, чтобы были у нас склоки, драки. Вместе ходили в лес за ягодой. Собирали хворост в лесу, вязали и носили на плечах домой. Топили печи хворостом. Носили в вёдрах воду на коромыслах. Не было среди нас жадных. Бывало, кусочек жмыха могли грызть всей компанией, хотя все были голодные».

Заболотская Лидия Викентьевна: «Помню нас, как только приходила весна, ставили между рядов и мы пололи сорняки на льне, на пшенице. Рвали траву голыми руками. Ночью, исколотые травой, руки и ноги нестерпимо горели. Сеяли вручную. К мешку привязывали петлю, одевали её на шею, в мешок насыпали зерно и так сеяли. Поднимали нас рано, пока роса, мы должны были успеть навязать жгуты из рогозы, а потом, когда начинали косить пшеницу и отбрасывать нам, мы должны были успеть связать её этими жгутами в снопы до того времени, когда вернутся назад косильщики. Всё лето почти жили на таборе, который находился в 12 км от села. Там недели две поживём, потом нас привозят домой, мы помоемся и назад в табор. Метали со взрослыми стога сена. Нам было по 13-14 лет, а мы работали наравне со взрослыми. До заката солнца по пять стогов. А совсем маленькие ребята возили это сено на ферму. Пололи картофель, овёс. Капустную рассаду, грядки моркови оберегали, как драгоценность, поливали, окучивали. Есть было нечего. Не могли дождаться весны, чтобы идти на поле и насобирать колоски да мороженую картошку. Колоски запрещали собирать, даже били, если захватывали на поле. В рямах было много грачиных гнёзд. Собирали яйца и ели».

Губер Николай Карлович: «Отца забрали на завод делать танки. Мать умерла от брюшного тифа. Нас осталось пятеро и 6-месячная сестра. В селе к нам относились хорошо. Соседи помогали, чем могли. Мне самому приходилось уже в 4 классе ремонтировать крышу дома. Света в доме не было. Жили с фитильком, который делали из тряпочки смоченной в керосине и вставленной в картошину. За мёрзлой картошкой надо было идти через болото. И мы босиком ходили через это болото собирать картошку. Возвращались, чистили её, сушили – делали крахмал. Во втором классе научился вязать сети и ловить рыбу. До школы ставил сети, а к обеду всегда приносил рыбки».

Жерикова Софья Захаровна: «Ходили по полям собирали картошку мороженую. Когда устроилась работать, давали паёк. Кто на заводе работал, тому 300 грамм хлеба, позже по 400 грамм. Хлеб был такой плотный, тяжёлый, чёрный. Из лебеды, крапивы варили суп. Когда работала лаборантом, давали по 25 грамм сала. Оно было такое жёсткое, что приходилось по долгу жевать его. Товарищ отца устроил меня на завод делать бумагу на бумажных установках. Потом пробоотборщицей, позже лаборантом на ГРЭС. Переработка угля, воды. Часто бывало идёт лента с углём – завалит и кидаешь лопатой. Работали с восьми до восьми. Валились с ног. Могли уснуть прямо у станка»

Левдикова Мария Сергеевна. Марии в то время было шесть лет. На фронт сразу забрали отца и старшего брата. Мать целыми днями была на работе, а она водилась с малышами. Потом, когда стала постарше, тоже начала помогать в поле, полола пшеницу, помогала её молотить, подносила снопы. Даже зимой молотили. Несмотря на то, что были маленькие, а помогать старались все. Потом дружно бежали кушать. Для них варили затеруху (это заваренная кипячёной водой мука). Это и хлебали. В каждом колхозе было много свиней, много крупно – рогатого скота. Работы было не продохнуть. Заготавливали дрова. Для себя надо было заготовить дров - 10 поленниц. Одна поленница была целую сажень. Сажень – это 4 метра в длину и 1 метр в ширину. А потом ещё и для колхоза каждой семье надо было заготовить по 30 таких поленниц. Всё делали вручную. Они заготавливали с сестрой и матерью. Для фронта надо было сдать 30 яиц, 300 литров молока, 3 центнера картофеля. Обрат отдавали назад. Несёт она обрат домой, а братишка уже ждёт её с кружкой. Полевой лук, щавель таскали мешками, питались одной травой, пока вырастет картошка.

Из бесед со всеми тружениками тыла я для себя отметила, что всех их объединяет одинаковое прошлое: постоянное чувство голода, непосильный детский труд, изнурительная тяжелая работа, недосыпание. Все работали днем и ночью, не считались ни с чем. Голодали, жили в холоде, но для фронта отправляли всё, что могли. Главное для всех была победа над врагом. Они приближали этот день, как могли, и дождались победы.

Встречаясь с этими людьми, разговаривая с ними, удивляешься, откуда у них (женщин, детей, стариков) брались силы. Все они трудились добросовестно, о чём свидетельствуют их награды. За доблестный труд, за участие в трудовом фронте в годы Великой Отечественной войны были награждены многие, хотя тогда им было по 11-15 лет, а порой и того меньше.

Герцева С.В.




Весна 2017
Участник конкурса
Дата публикации: 04 Мая 2017

Отправитель: Светлана Герцева

Вам нравится? 0 Да / 0 Нет


Изображения


  • Комментарии
Загрузка комментариев...